Главная
Новости
Видео
Подкасты
Меню
Акционерное общество "ТВ БРИКС"
tvbrics@tvbrics.com
Рубцов переулок, д.13, Москва, 105082, RU
+74996425304
Курс валют:
BRL/RUB 14,9899
INR/RUB 0,8458
ZAR/RUB 4,8399
CNY/RUB 12,0873
EGP/RUB 1,4371
IRR/RUB 0
AED/RUB 21,9353
SAR/RUB 21,4819
ETB/RUB 0,5005
USD/RUB 80,5573
IDR/RUB 0,0044
SPACE FOR MEDIA DIPLOMACY
Меню
BRL/RUB
14,9899
↑
INR/RUB
0,8458
↑
ZAR/RUB
4,8399
↑
CNY/RUB
12,0873
↑
EGP/RUB
1,4371
↑
IRR/RUB
0
↑
AED/RUB
21,9353
↑
SAR/RUB
21,4819
↑
ETB/RUB
0,5005
↑
USD/RUB
80,5573
↑
IDR/RUB
0,0044
↑
Эфир
Приложения TV BRICS

АСЕАН и БРИКС: где пересекаются интересы двух интеграционных объединений

В каких секторах интересы АСЕАН и стран БРИКС совпадают настолько, чтобы формировать устойчивые производственные и инвестиционные связи? При каких условиях к 2035 году может сформироваться полноценная экономическая сеть между двумя пространствами? Читайте в материале TV BRICS

Экономическая база сближения

Экономическое пересечение АСЕАН и стран БРИКС уже формируется в конкретных цепочках поставок, инвестиционных проектах и транспортных маршрутах. Компании Китая расширяют производство в Юго-Восточной Азии (ЮВА), Индия наращивает присутствие в фармацевтике и технологических услугах, страны Персидского залива инвестируют в инфраструктуру, а ресурсная база России и Бразилии создает возможности для подключения к региональным производственным цепочкам.

При этом взаимодействие остается фрагментарным. Его развитие определяется не созданием нового интеграционного блока, а тем, насколько быстро будут снижаться издержки торговли, логистики, трансграничных расчетов и регулирования. Именно эти факторы определят, смогут ли уже существующие связи превратиться в устойчивую систему взаимодействия к 2035 году.

Институциональная связка между двумя пространствами также усиливается. Индонезия с января 2025 года является членом БРИКС, а Малайзия, Таиланд и Вьетнам получили статус партнеров объединения. Это создает прямые точки входа между экономиками ЮВА и БРИКС, хотя формального формата АСЕАН – БРИКС не существует. 

Такая конфигурация не случайна. С начала 2010-х годов страны БРИКС последовательно расширяли взаимодействие с внешними партнерами – как с отдельными государствами, так и с региональными объединениями. Уже в декларации саммита 2011 года была зафиксирована открытость к сотрудничеству с государствами, не входящими в объединение. Позднее эта установка приобрела практическое измерение: страны-председатели начали системно вовлекать в диалог соседние государства и ведущие региональные структуры.

Пересечение интересов наиболее отчетливо проявляется в пяти секторах. Первый – продовольствие. Россия, Бразилия и Индия входят в число крупнейших производителей и экспортеров продовольствия и сельскохозяйственных ресурсов. Страны АСЕАН – Индонезия, Вьетнам, Филиппины, Таиланд – предъявляют устойчивый и растущий спрос на зерновые, масличные культуры и удобрения. Встречным потоком идут рис, пальмовое масло, каучук и продукция аквакультуры. Формируется взаимодополняемость, при которой продовольственные потребности одних стран обеспечиваются ресурсной базой других. Речь идет не о единой системе продовольственной безопасности объединений, а о совпадении интересов конкретных производителей и потребителей. Особую роль играют удобрения: их поставки из стран БРИКС поддерживают интенсификацию сельского хозяйства АСЕАН, создавая устойчивую взаимозависимость.

В случае создания зерновой биржи БРИКС это могло бы расширить доступ экспортеров продовольствия к покупателям, сделать ценовые индикаторы более прозрачными и сформировать более предсказуемое ценообразование. Для стран АСЕАН, зависящих от импорта зерновых, появление такого механизма означало бы расширение доступа к стабильным поставкам. Одновременно зерновая биржа стимулировала бы развитие сопутствующей инфраструктуры – логистических хабов, портовых мощностей, систем хранения и финансовых инструментов, что работает на общее углубление связанности двух пространств.

Второй – энергетика. Энергетическое пересечение формируется вокруг спроса стран АСЕАН на нефть, газ и уголь и ресурсной базы крупнейших экономик БРИКС. Индонезия выступает крупным поставщиком угля для Китая и Индии. Дополнительным фактором, ускоряющим энергетическое сближение, становится стремление стран АСЕАН к диверсификации источников поставок. Перебои в традиционных каналах подталкивают правительства региона к поиску альтернативных партнеров, способных обеспечить стабильные и предсказуемые поставки энергоносителей. В этом контексте ресурсная база стран БРИКС приобретает для ЮВА не только коммерческое, но и стратегическое значение: речь идет о формировании долгосрочной основы энергетической взаимозависимости.

Дополнительным преимуществом БРИКС является сочетание внутри объединения крупных экспортеров и импортеров энергоресурсов. Одни участники объединения добывают нефть и газ в объемах, значительно превышающих внутренние потребности, тогда как другие покрывают собственными ресурсами лишь часть спроса. Такая взаимодополняемость порождает устойчивые партнерства: экспортеры перенаправляют поставки на рынки партнеров, а импортеры получают доступ к стабильным источникам энергии. Для АСЕАН это означает возможность подключения к уже существующим энергетическим маршрутам и партнерствам. Выстраивать отношения с каждым поставщиком по отдельности не придется. При этом строится не единая институциональная система, а действует совокупность уже работающих двусторонних и многосторонних связей.

Помимо традиционных энергоносителей, пересечение охватывает и сферу возобновляемой энергетики. Страны АСЕАН обладают значительным потенциалом в солнечной, геотермальной и гидроэнергетике, однако его реализация сдерживается высокой стоимостью геологоразведки, слабостью сетевой инфраструктуры и нехваткой финансирования. Научные центры и технологические компании стран БРИКС могут содействовать развитию технологий геотермальной, солнечной и ветровой энергетики, а Новый банк развития (НБР) – финансировать соответствующие инфраструктурные проекты. Такое взаимодействие расширяет повестку сближения за пределы сырьевого обмена, добавляя в нее технологическое измерение.

Третий – критически важные минералы и промышленное сырье. Отдельные экономики АСЕАН поставляют в страны БРИКС никель, олово, бокситы и другие промышленные ресурсы. Индонезия занимает ключевое положение в глобальной цепочке поставок никеля, что делает ее критически важным звеном для производства аккумуляторов и развития электротранспорта в Китае и Индии.

При этом страны региона все чаще делают ставку на углубление переработки ресурсов на своей территории. Индонезия последовательно ограничивает экспорт необработанного сырья, стимулируя создание перерабатывающих мощностей внутри страны. Это открывает перед компаниями из стран БРИКС возможность не просто закупать сырье, а участвовать в создании добавленной стоимости – через совместные проекты по строительству плавильных заводов и производств для аккумуляторной промышленности. Такая модель взаимодействия превращает ресурсную взаимодополняемость в производственную кооперацию, закрепляя пересечение двух пространств на уровне долгосрочных инвестиционных проектов.

Четвертый – электроника и промышленная кооперация. Малайзия, Вьетнам и Таиланд производят полупроводники, печатные платы и электронные компоненты, которые встроены в производственные цепочки китайских компаний. Встречным потоком идут промышленное оборудование и электротехника из Китая. Индия усиливает присутствие в отдельных сегментах промышленной кооперации, прежде всего в машиностроении и производстве компонентов. Формируется распределенная производственная система, в которой производственные и технологические компетенции стран БРИКС соединяются с промышленными мощностями АСЕАН.

Пятый – фармацевтика. Индийские дженерики занимают заметную долю рынков Индонезии, Вьетнама и Филиппин. Медицинская продукция и оборудование из Китая также расширяют присутствие. Для Индии рынок АСЕАН важен как пространство для экспорта и локализации производства. Для стран АСЕАН индийская фармацевтика – источник доступных лекарственных средств и технологических компетенций. Перспективным направлением остается расширение сотрудничества в области медицинского оборудования, локализации производства препаратов и обмена технологиями в сфере здравоохранения.

Оценивая, где уже сформировались устойчивые цепочки, а где речь идет о потенциале, эксперт в области конкурентоспособности и инновационной привлекательности экономики, государственного управления, устойчивого развития и региональной финансовой системы Ирина Русак, отмечает: товарооборот АСЕАН и Китая в 2024 году достиг около 982,3 млрд долларов США (около 82,7 трлн рублей). Инвестиции Китая в АСЕАН составили 19,3 млрд долларов США (примерно 1,6 трлн рублей), распределившись преимущественно в сферы автомобилестроения (особенно электромобилей), возобновляемой энергетики и цифровой инфраструктуры. Значительная часть взаимной торговли связана с электротехнической продукцией.

При этом, подчеркивает эксперт, продовольствие, энергетика и стратегические минералы (речь идет о никеле, кобальте, литии, редкоземельных элементах) имеют очевидное совпадение интересов. В настоящий момент это в основном пространство для совместных проектов и долгосрочных контрактов, а не сформированные единые устойчивые производственные цепочки. В сфере фармацевтики интеграция пока достаточно ограничена и неравномерна.

Важным структурным фактором, усиливающим взаимный интерес, является демографический профиль АСЕАН. Почти половина населения региона моложе 30 лет, а численность потенциальных работников, согласно прогнозам, продолжит расти до 2038 года. Это формирует устойчивый внутренний спрос на продовольствие, энергию, жилье и потребительские товары, а также формирует значительный трудовой потенциал региона. Для стран БРИКС такая демографическая структура означает расширяющийся рынок сбыта и базу для размещения производств, а для АСЕАН – дополнительный аргумент в пользу привлечения капитала и технологий извне.

tvbrics-cropped.jpg Источник фото: maroke / iStock

Механизмы экономического сближения

Сближение двух объединений локализовано в конкретных странах, портах, производственных кластерах и финансовых центрах. Контур Китай-АСЕАН остается ключевым производственно-торговым узлом между АСЕАН и экономиками БРИКС. Компании Китая размещают в АСЕАН сборочные производства и предприятия по выпуску электроники. Обратно идут промежуточные товары и оборудование. Этот контур создает инфраструктурную основу, к которой могут подключаться поставщики сырья из России и Бразилии, а также капитал из стран Залива.

Как подчеркивает Ирина Русак, инвестиции способны менять производственную карту ЮВА, и это уже видно по данным статистики. Так, приток прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в АСЕАН в 2025 году достиг 243,9 млрд долларов (около 20,4 трлн рублей), превысив исторический максимум 2023 года в 230 млрд долларов (примерно 19,2 трлн рублей).

«Лидировали по вложениям Сингапур – 150,9 млрд долларов США (около 12,5 трлн рублей), Индонезия – 21,4 млрд долларов США (примерно 1,8 трлн рублей), Вьетнам – 20,4 млрд долларов США (около 1,69 трлн рублей) и Таиланд – 19,1 млрд долларов США (примерно 1,58 трлн рублей). Китай является третьим источником ПИИ для АСЕАН и может содействовать переносу производств в электронике, электромобилях, металлообработке, энергетике и цифровой инфраструктуре»
Ирина Русак
Ирина Русак
Эксперт в области конкурентоспособности и инновационной привлекательности экономики, государственного управления, устойчивого развития и региональной финансовой системы

По данным эксперта, автоматического перемещения наиболее сложных технологий не происходит, поскольку этот процесс должен быть нормативно понятен и легитимен для всех участников. Помимо этого, отмечается, что в АСЕАН в 2025 году greenfield-инвестиции (или инвестиции с нуля) снизились на 10,1 процента – до 105,6 млрд долларов США (примерно 8,75 трлн рублей), что заставляет задуматься о наличии определенных сдерживающих факторов.

Индийский вектор по масштабу торговли и глубине производственной кооперации пока уступает контуру Китай – АСЕАН, но расширяется сразу в нескольких направлениях – фармацевтике, IT-услугах и промышленной кооперации. Индийские компании наращивают поставки лекарственных средств в Индонезию и Вьетнам, открывают технологические центры в Малайзии и Таиланде. Для АСЕАН Индия интересна как растущий рынок сбыта и источник компетенций. Для БРИКС индийский вектор важен как альтернативный центр притяжения, позволяющий странам АСЕАН не замыкаться только на одном крупном партнере.

Капитал стран Персидского залива, прежде всего ОАЭ и Саудовской Аравии, играет особую роль. Его значение определяется не столько торговлей, сколько инвестициями. Суверенные фонды этих государств проявляют растущий интерес к портовой инфраструктуре, логистическим центрам и энергетическим проектам ЮВА. Для стран АСЕАН это дополнительный источник долгосрочного финансирования инфраструктурных проектов. Для стран Залива – способ диверсификации портфелей и расширения присутствия в одном из самых динамичных регионов Азии.

Наиболее заметными узлами взаимодействия с БРИКС сегодня выступают четыре государства АСЕАН: Индонезия, Малайзия, Таиланд и Вьетнам. Индонезия – член БРИКС, крупнейшая экономика региона с запасами никеля, угля и бокситов, а также политикой ускоренной индустриализации. Малайзия, Таиланд и Вьетнам – партнеры БРИКС, обладающие развитой промышленной базой. Малайзия – центр электронной промышленности и исламских финансов. Таиланд – автомобильная и пищевая индустрия с удобным логистическим положением. Вьетнам – быстрорастущий производственный центр с глубокой интеграцией в региональные цепочки.

Логистика является важнейшим связующим механизмом. Основной объем торговли проходит через морские узлы ЮВА. Малаккский и Сингапурский проливы относятся к числу наиболее загруженных судоходных артерий мира. Порты Кланг, Лаем Чабанг, Каймеп и Танджунг-Приок обеспечивают перевалку контейнерных грузов, навалочных товаров и энергоносителей. Пропускная способность этих портов становится критическим фактором. Поэтому капитал из Китая и стран Залива все активнее интересуется расширением терминалов и модернизацией портовой инфраструктуры.

Индия занимает стратегическое положение между Западной и Юго-Восточной Азией. Развитие портов на восточном побережье и прибрежного судоходства может усилить ее роль как транзитного узла для грузов, следующих из стран Залива в АСЕАН. Для региона это означало бы появление альтернативного маршрута, снижающего зависимость от ограниченного числа морских проходов. Это перспективное направление, реализация которого будет зависеть от темпов развития соответствующей инфраструктуры. 

Расширение энергетической торговли создает дополнительный спрос на СПГ-терминалы, системы хранения и другую инфраструктуру. Одновременно растет значение сухопутных маршрутов. Развитие железнодорожных связей Китая со странами материковой части АСЕАН расширяет возможности для перевозки грузов средней и высокой стоимости. Автомобильные коридоры обеспечивают быструю доставку товаров, чувствительных к срокам.

В перспективе логистическое взаимодействие может выйти на уровень формирования совместимой транспортно-логистической инфраструктуры с едиными правилами перевозки, страхования грузов и системой отслеживания поставок. Речь идет о стандартизации процедур, которые снижают издержки взаимодействия. Такая стандартизация позволила бы упростить таможенные процедуры, сделать ценообразование более прозрачным и повысить надежность цепочек поставок между странами БРИКС и АСЕАН. Для экспортеров удобрений, продовольствия и промышленного сырья это означало бы снижение логистических издержек и ускорение оборота товаров, а для импортеров – большую предсказуемость сроков и стоимости доставки.

Экономист, бывший вице-президент Нового банка развития, экономист, эксперт в области макроэкономики, международного финансового и валютного управления Паулу Ногейра Батиста – младший не считает, что финансовую инфраструктуру можно с уверенностью назвать самым слабым звеном между АСЕАН и БРИКС. 

«Трансграничные операции все чаще осуществляются в национальных валютах участвующих стран. Кроме того, центральный банк Китая имеет сеть двусторонних своповых линий в юанях с рядом центральных банков стран Глобального Юга, включая некоторые центральные банки стран АСЕАН. Эти своповые линии могут обеспечить ликвидность, которая может быть полезна во времена финансового кризиса», – сказал Паулу Ногейра Батиста – младший.

Финансовая инфраструктура остается наименее развитым, но одним из наиболее перспективных механизмов сближения. Растущий товарооборот требует расчетов, кредитования и страхования. Прямые операции между рядом национальных валют остаются менее ликвидными, чем операции через ведущие резервные валюты, что увеличивает транзакционные издержки. Решением может стать создание механизмов прямого обмена между центральными банками и заключение двусторонних своп-соглашений.

Отдельные центральные банки стран АСЕАН и БРИКС уже развивают механизмы локальных валютных расчетов и валютных свопов. Клиринговые центры, обеспечивающие взаимозачет обязательств, становятся востребованным инструментом.

Помимо расчетов, важным элементом финансовой оболочки является страхование внешнеторговых операций. Для стран БРИКС и АСЕАН, значительная часть товарооборота которых приходится на морские перевозки, наличие собственных механизмов страхования грузов и транзитных рисков напрямую влияет на стоимость и устойчивость торговых потоков. 

Формирование собственных страховых инструментов – от экспортно-импортного страхования до покрытия трансконтинентальных перевозок – могло бы существенно снизить транзакционные издержки взаимодействия. Аналогичная логика применима и к урегулированию коммерческих споров: взаимное признание арбитражных решений и согласование процедур разрешения споров позволило бы хозяйствующим субъектам избегать обращения к внешним юрисдикциям. 

Потенциал НБР как источника финансирования проектов в странах АСЕАН будет зависеть от двух условий. Во-первых, от расширения членства или создания механизмов кредитования государств, не являющихся акционерами банка. Во-вторых, от готовности банка финансировать проекты за пределами стран-учредителей на рыночных условиях. Пока эти механизмы находятся в стадии формирования, поэтому НБР следует рассматривать как перспективный, а не действующий инструмент финансирования АСЕАН. 

tvbrics-cropped.jpg Источник фото: quantic69 / iStock

Ограничивающие факторы

Несмотря на значительный потенциал, развитие экономического взаимодействия БРИКС и АСЕАН предполагает учет ряда особенностей. Одна из них – различия в масштабах экономик. Экономики Китая и Индии существенно превосходят по объему экономики ряда государств АСЕАН. В этих условиях важную роль играет поиск взаимовыгодных форматов сотрудничества, которые позволят расширять доступ к рынкам, поддерживать местных производителей и обеспечивать устойчивость инвестиционных проектов, в том числе инфраструктурных.

Второе направление связано с географией и инфраструктурой. Значительная удаленность ряда экономик БРИКС друг от друга и от государств Юго-Восточной Азии влияет на стоимость и сроки торговых операций. Поэтому дальнейшее сближение во многом зависит от развития транспортно-логистических проектов, которые повышают связанность регионов и открывают дополнительные маршруты поставок. Расширение морской, железнодорожной и портовой инфраструктуры способно постепенно снижать издержки и создавать условия для роста взаимной торговли.

Третье – регуляторная несовместимость. Таможенные процедуры, стандарты сертификации, санитарные нормы существенно различаются. Гармонизация занимает годы и требует административных ресурсов. Для компаний это дополнительные издержки и правовые риски.

Четвертый фактор связан с особенностями институционального устройства БРИКС. Объединение не является наднациональным экономическим субъектом с единой системой регулирования, а сотрудничество его участников развивается с учетом национальных приоритетов. Документы БРИКС во многом определяют общие направления взаимодействия, оставляя пространство для конкретных двусторонних и многосторонних инициатив. Поэтому развитие отношений с АСЕАН зависит в том числе от того, насколько эффективно страны смогут согласовывать приоритеты и объединять усилия в отдельных сферах.

Отдельного внимания заслуживает развитие транспортно-логистических связей между БРИКС и АСЕАН, от которых во многом зависят расширение взаимной торговли и формирование новых производственных цепочек.

По словам эксперта в области экономики стран БРИКС, ШОС, АСЕАН, доцента кафедры стратегического и инновационного развития Финансового университета при правительстве РФ Михаила Хачатуряна, ограничения для расширения торговли между БРИКС и АСЕАН действительно есть, и они ощутимы, но их нельзя назвать фатальными – скорее это узкие места, которые постепенно преодолевают за счет совместных проектов. Ключевым фактором здесь становится развитие транспортных и логистических цепочек, которые по мере роста товарооборота испытывают все большую нагрузку, и это становится действительно значимым барьером. 

Порты, железнодорожные и автомобильные коридоры, пограничные переходы работают с высокой загрузкой. Чтобы удовлетворить растущий спрос, пропускную способность нужно увеличивать минимум на 50 процентов в ближайшие годы. 

У БРИКС и АСЕАН нет общей территории. Некоторые связи (например, между Бразилией или ЮАР и странами Юго-Восточной Азии) изначально требуют длинных и сложных маршрутов, что повышает издержки и сроки доставки, отмечает Хачатурян.

Продолжая тему физических барьеров, эксперт выделяет и административные сложности.

«В разных странах отличаются ширина железнодорожной колеи, технические характеристики подвижного состава, требования к контейнеризации. Это становится фактором осуществления дополнительных перевалок грузов, что замедляет движение грузопотока по транспортным и логистическим цепочкам, а также ведет к росту затрат грузоотправителей и грузополучателей. Среди наиболее значимых факторов можно выделить значительные сроки таможенного оформления на границах отдельных государств, отсутствие единых цифровых стандартов (электронный документооборот, системы отслеживания грузов в реальном времени). Эти факторы становятся источниками дополнительных потерь времени и рисков срыва торговых сделок»
Михаил Хачатурян
Михаил Хачатурян
Эксперт в области экономики стран БРИКС, ШОС, АСЕАН

Несмотря на сложности, процесс сближения уже идет, и страны активно ищут решения. 

«Страны БРИКС и АСЕАН активно работают над устранением указанных и иных барьеров во взаимной торговле. Развивается маршрут «Север – Юг», а также инициативы в рамках китайского проекта «Один пояс – один путь». Яркий пример локального успеха – ввод в эксплуатацию канала Пинлу в Китае: он создал новый речной-морской маршрут, который заметно сократил путь для грузов из юго-западных провинций Китая в страны АСЕАН», – напомнил эксперт.  

Хачатурян говорит, что страны БРИКС и АСЕАН вовлечены в процесс создания общих цифровых платформ в таких областях, как координация логистических процессов, обмен данными в области торговли и налогов, упрощение и гармонизация таможенных процедур. Новый банк развития БРИКС выступает инструментом для привлечения инвестиций в инфраструктурные проекты. Идут усилия по согласованию таможенных, санитарных и фитосанитарных норм, чтобы снизить нетарифные барьеры. Главный вызов сегодня связан с координацией действий.

tvbrics-cropped.jpg Источник фото: gorodenkoff / iStock   

Наиболее реалистичные сценарии взаимодействия

На горизонте до 2035 года просматриваются три модели развития. Первая – инерционная. Товарооборот растет, но институциональные механизмы остаются слабыми, а инвестиционное сотрудничество носит ограниченный характер. Это сценарий с минимальной институциональной нагрузкой, не требующий значительных политических усилий, но и не создающий качественно новых возможностей.

Вторая – базовая. Инвесторы Китая, Индии и стран Залива наращивают вложения в портовую, железнодорожную и энергетическую инфраструктуру АСЕАН. Формируется единый логистический каркас. Растет доля продукции с высокой добавленной стоимостью, развиваются совместные производства. Этот сценарий требует значительных инвестиций с длинным горизонтом возврата, но создает долгосрочную основу для снижения издержек взаимодействия. 

Третья – ускоренная. К базовому сценарию добавляются механизмы прямых расчетов в национальных валютах, расширяются своп-линии, развивается технологический обмен. АСЕАН становится не потребителем, а соразработчиком технологий. Это наиболее глубокий и институционально сложный сценарий, чувствительный к качеству регуляторной среды.

Описанные сценарии – это не абстракция. Уже сегодня есть конкретные примеры того, как модель сетевого взаимодействия работает на уровне отдельных экономик. Как отмечает Ирина Русак, для Белоруссии практический интерес представляет не просто сближение БРИКС и АСЕАН, а формирование конкретных кооперационных контуров – прежде всего вокруг промышленности, продовольственной безопасности, энергетики и логистики. 

«Последние контакты Республики Беларусь с КНР, Индонезией и Мьянмой на самом высоком уровне подтверждают именно вектор на прикладную направленность: от поставок и сервиса техники – к локальной сборке, обучению специалистов, созданию совместных производств, а также развитию сферы услуг (преимущественно туристических)», – сказала эксперт Ирина Русак.  

Наиболее предметная ниша для Белоруссии – агропромышленная и машиностроительная кооперация с локальным сервисом, подготовкой и переподготовкой персонала, последующей сборкой техники в странах АСЕАН. Это недавно обсуждалось в ходе официального взаимодействия на самом высоком уровне по индонезийскому направлению. К примеру, Белоруссия и Мьянма подписали базовое кредитное соглашение, контракт на поставку тракторокомплектов, а также договоры в правовой и экономической сферах во время визита президента Мьянмы в Минск в августе текущего года.

АСЕАН и БРИКС не движутся к слиянию или формированию единого институционального блока. Их взаимодействие носит принципиально иной характер: это формирование сети, в которой экономические интересы, ресурсные потоки, производственные цепочки и финансовая инфраструктура переплетаются без создания жесткой наднациональной структуры.

Именно поэтому главным результатом сближения может стать не появление нового интеграционного объединения, а постепенное снижение издержек взаимодействия между уже существующими экономическими системами. Более дешевая логистика, более прямые расчеты, устойчивые цепочки поставок и более совместимые регуляторные процедуры способны постепенно превратить разрозненные проекты в устойчивую экономическую сеть. 

Статья подготовлена Вахитом Ниязовым.

ЮАР

Какой водоем разделяет ЮАР и Намибию?
Отправить